Zoodruzia.ru

Наши домашние друзья
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Сокол в небе

Сокол в небе

У этой компании есть официальный представитель на Флампе, который внимательно читает ваши отзывы и отвечает на них. Напишите отзыв и можете быть уверены, что ваши слова будут услышаны.

Хотите представлять свою компанию на Флампе?

Информация

  • +7 (495) 172‒17‒15 Показать телефон единая справочная — пн-вс 10:00-22:00
  • Паркур
  • Прыжки на батуте
  • Спортивная гимнастика
  • Художественная гимнастика
  • Расчёт по картам
  • Наличный расчёт
  • Оплата через банк
  • Оплата через Интернет

Отзывы

Во вкладке Рекомендованные находятся отзывы только от опытных авторов

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5

Превосходное место ! Дети в восторге . Были гостями на день рождение . Аниматор был Карпунин Даня . Просто отличный аниматор . Всем Советуем .

Приходите на наши елки! :

НОВОГОДНЯЯ ЕЛКА В БАТУТНЫХ ПАРКАХ НЕБО

С 27 декабря по 7 января только в батутных парках «НЕБО» пройдут праздничные развлекательно-познавательные программы для всех гостей!

У каждого посетителя будет возможность окунуться в увлекательное новогоднее расследование в стране Мультитути, познакомиться с любимыми героями.

Приходите на наши елки! :

НОВОГОДНЯЯ ЕЛКА В БАТУТНЫХ ПАРКАХ НЕБО

С 27 декабря по 7 января только в батутных парках «НЕБО» пройдут праздничные развлекательно-познавательные программы для всех гостей!

У каждого посетителя будет возможность окунуться в увлекательное новогоднее расследование в стране Мультитути, познакомиться с любимыми героями, разгадать множество загадок и ребусов, а также поучаствовать в невероятных мастер-классах!

Программы для детей всех возрастов.

ЖДЕМ ВАС В БАТУТНЫХ ЦЕНТРАХ НЕБО:

М. Сокол. Ленинградский проспект, д. 80, корп. 11;

М. Бабушкинская. Енисейская, 36, стр. 1;

М. Фили. Багратионовский пр-д, д. 5 ТЦ «Филион», 4 этаж

МЦК. Крымская. Севастопольский проспект, д. 11Е. ТЦ «Капитолий», 3 этаж

Телефон для справок: 8 495 106 49 49

  • Подписаться на комментарии
  • Пожаловаться модератору
  • Добавить в друзья

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5

Добрый день.Хотелось бы рассказать о батутном парке Небо на Соколе . В целом визуально заведение понравилось ,от этого и наш выбор провести здесь день рождение сыну 10 лет . Приехали ,составили меню и план мероприятия. Далее по приезду в день рождения,на указанное время мы поняли ,что стол Детский не украшен и блюда (холодные ) не поставлены.

Добрый день.Хотелось бы рассказать о батутном парке Небо на Соколе . В целом визуально заведение понравилось ,от этого и наш выбор провести здесь день рождение сыну 10 лет . Приехали ,составили меню и план мероприятия. Далее по приезду в день рождения,на указанное время мы поняли ,что стол Детский не украшен и блюда (холодные ) не поставлены ,пояснение было таким ,что оговорено к 15 часам подавать ,тогда зачем резерв столов с 13. Объясните . Гости хотят видеть ,что их ждали ,с не когда их будут кормить ко времени . На наши просьбы стали быстро оформлять ,но это не правильно ,при гостях . Далее в целом было все неплохо ,но вот и второй «удар» мы получили с оформлением торта . Когда я его увидела был шок -это ничего не сказать . Купленный в магазине в коробке торт и сверху макаруни 🤦🏼‍♀️ Праздник испорчен .. мне было стыдно перед гостями . И за это мы отдали 2800 за кг . на минуточку ..как . Хочется задать кучу вопросов . неужели люди такие чёрствые и могут своему ребёнку такой торт на праздник сделать ?! После всего этого понимаю ,только своим людям можно доверить оформление и организацию праздника . Этот клуб не рекомендую ,разве что сходить от безделия .

«В небе – Сокол-17!»

Сто лет назад, 17 мая 1919 года, в деревне Птахино Смоленского уезда Смоленской губернии родился Владимир Лавриненков, будущий лётчик-ас Великой Отечественной войны, дважды удостоенный звания Героя Советского Союза, которому предстоит установить рекорд по количеству сбитых за один месяц вражеских самолётов и совершить рискованный побег из немецкого плена.

Из столяров – в пилоты

Детство и юность Владимира Лавриненкова, казалось, не предвещали героического будущего. Выросший в крестьянской семье, он окончил шесть классов начальной школы, после чего поступил в школу фабрично-заводского ученичества (ФЗУ), где получил специальность столяра и устроился работать на мебельную фабрику под Брянском. Вскоре Лавриненков переехал в Смоленск и стал трудиться на деревообрабатывающем заводе. В свободное время он посещает местный аэроклуб и по-настоящему увлекается авиацией. Руководство аэроклуба отметило способности юного столяра, и в 1940 году Володя по комсомольской путёвке был направлен в Чугуевское военное лётное училище.

Война

С началом войны Лавриненков неоднократно подавал заявления с просьбой направить его на фронт, однако руководство училища поручило ему обучать новых пилотов в качестве лётчика-инструктора. Лишь летом 1942 года он был направлен на Сталинградский фронт, где сразу же добился впечатляющего успеха: в течение августа младший лейтенант Лавриненков на своём Як-7 лично сбил 16 вражеских самолётов различных типов.

К концу войны Владимир Лавриненков выполнит 488 боевых вылетов, а в 134 воздушных боях лично собьёт 36 самолётов противника и 11 – в группе / На фото: Лаврененкову вручают партбилет после вылета

Вскоре, в октябре 1942 года, он назначается заместителем 9-го гвардейского истребительного авиационного полка. К февралю 1943 года к его боевому счету добавляется ещё 16 самолётов, сбитых лично, и 11 – в группе, а общее количество боевых вылетов доходит до 322, включая 78 воздушных боёв.

Позывной Лавриненкова – «Сокол-17» (цифру «17» он прибавил к позывному по дате своего рождения) вскоре становится известен лётчикам по обе стороны фронта. «В небе-Сокол-17!» – не раз слышали в перехваченных немецких радиопереговорах наши связисты.

1 мая 1943 года Владимиру Лавриненкову присваивается звание Героя Советского Союза.

Казалось, что молодого пилота ждёт блестящее будущее, и он может стать выдающимся асом, за которым не угнаться ни Покрышкину, ни Кожедубу. Но судьба распорядилась иначе…

Плен и побег

Читать еще:  Сокол пустельга в домашних условиях

В августе 1943 года Лавриненков, пилотируя американской «Аэрокоброй» во главе четвёрки истребителей, вылетел на перехват обнаруженного наблюдателями немецкого самолёта-разведчика FW-189. В районе села Александровка Ростовской области он настиг противника, и прошил его пулемётными очередями. Однако, не рассчитав дистанцию, Лавриненков врезался в хвост уже падающего «фоккера» и был вынужден выпрыгнуть с парашютом.

На земле его уже ждали немцы, и отвели в штаб, расположенный в ближайшей деревне. При обыске у Лавриненкова обнаружили продовольственную книжку с его фамилией, и, сверив её с данными из альбома с газетными вырезками из советских газет, установили его личность.

На вопросы лётчик, невзирая на побои, отвечать отказался, и его решили отправить в глубокий тыл. Интересно, что немцы посадили его и ещё одного пилота-истребителя не в товарный поезд, а в пассажирский, перевозивший немецких офицеров-отпускников. В купе лётчики ехали вместе с конвоирами, вооружёнными автоматами.

При подходе поезда к Фастову, Лавриненков и его товарищ притворились спящими, а затем…

Вот как вспоминает об этом в своих мемуарах сам Лавриненков:

«Поговорив, гитлеровцы снова задремали. Охранники и не думали о сне. Один из них потянулся к верхней полке, стащил набитый снедью здоровенный чемодан, сел, положил его на колени себе и своему напарнику.
У меня учащенно забилось сердце. Это чувствует Виктор. Он ещё плотнее прижимается ко мне. Мы оба прислушиваемся к перестуку колес — поезд замедляет ход.

Снова смотрю на охранников. Один из них поднимает широкую крышку чемодана, она почти закрывает обоих.
Вот он, наш час! Левой рукой я резко опрокинул чемодан на охранников, а правой безошибочным движением быстро повернул ручку двери.

Свежий ветер ударил в лицо. Ветер свободы!

Оттолкнувшись, рванулся вперёд, увлекая за собой Виктора, который не выпускал из рук мой ремень. Так вдвоём, будто скованные, мы врезались в кучу песка, потом, кувыркаясь, покатились под откос.
Вагонные колеса продолжали свой мерный перестук. До нас донеслись встревоженные голоса. Прогремели выстрелы…»

Беглецам удалось благополучно добежать до опушки леса и скрыться в зарослях. Раздобыв в ближайшей деревне гражданскую одежду, они побрели на восток, и вскоре удача вновь улыбнулась им. Спустя неделю лётчики вышли в расположение партизанского отряда имени Чапаева и стали его бойцами. В одном из боев с фашистами погиб товарищ Лавриненкова, бежавший с ним из плена, а вскоре его самого доставили на самолёте в расположение своей части, и после неизбежной в то время проверки в октябре 1943 года он смог вернуться за штурвал самолета.

Снова за штурвалом

Героический побег Лавриненкова, описанный в советских газетах, принёс ему всенародную известность. А 1 июля 1944 года ему повторно было присвоено звание Героя Советского Союза. Следует отметить, что помимо Лавриненкова, только 51 военнослужащий был удостоен этого звания дважды в течение Великой Отечественной войны.

До конца войны Владимир Лавриненков будет воевать в небе над Крымом, Прибалтикой, Восточной Пруссией и Берлином. В октябре 1944 года он станет командиром 9-го гвардейского истребительного авиационного полка. Однако его боевой счет увеличится незначительно. Это связано с тем, что командование, как правило запрещало ему совершать рискованные вылеты, не желая терять прославленного летчика.

К концу войны он выполнит 488 боевых вылетов, а в 134 воздушных боях лично собьёт 36 самолётов противника и 11 – в группе. Это – 22-й показатель среди советских ассов времён Великой Отечественной войны и четвёртый – среди пилотов других союзных держав (больше самолётов врага лично удастся сбить только двоим американским и одному английскому пилоту).

Помимо двух золотых звёзд Героя Советского Союза, Лавриненков будет награжден двумя орденами Ленина, шестью (!) орденами Боевого Красного Знамени, орденом Красной Звезда, орденом Октябрьской Революции и орденом Отечественной войны 1-й степени, а также многими медалями.

Долгое эхо рокового тарана

В 1949-51 годах, после окончания Военной академии имени М. В. Фрунзе, Владимир Лавриненков будет командовать авиадивизией, а затем служить на командных должностях в авиации ПВО Украинской ССР. В 1971 году ему будет присвоено звание генерал-полковника авиации. С 1977 года – начальник штаба Гражданской обороны УССР.

В начала 1970-х годов врачи обнаружат у него в груди раковую опухоль и придут к выводу, что метастаз вызван сильным ударом. Тогда Лавриненков вспомнит, что в августе 1943 года при злополучном случайном таране «фоккера» он сильно ударился грудью о приборную панель. Теперь это «эхо войны» настигло лётчика. Впрочем, после удачно проведенной операции он проживет ещё долго и скончается в Киеве в 1988 году.

Имя Владимира Лавриненкова носит речной круизный четырехпалубный теплоход «Генерал Лавриненков», построенный в 1990 году и выполняющий речные круизы для иностранных туристов по маршруту Москва-Петербург и Петербург-Москва с мая по сентябрь.

Также в Смоленске, почетным гражданином которого Лавриненков был избран в 1982 году, ежегодно проводится традиционный Всероссийский турнир по вольной борьбе среди юношей и девушек памяти Владимира Лавриненкова.

В городе Васильков Киевской области Украины установлен памятник Владимиру Лавриненкову.

Максим Горький — Песня о Соколе: Стих

Море — огромное, лениво вздыхающее у берега, — уснуло и неподвижно в дали, облитой голубым сиянием луны. Мягкое и серебристое, оно слилось там с синим южным небом и крепко спит, отражая в себе прозрачную ткань перистых облаков, неподвижных и не скрывающих собою золотых узоров звезд. Кажется, что небо все ниже наклоняется над морем, желая понять то, о чем шепчут неугомонные волны, сонно всползая на берег.
Горы, поросшие деревьями, уродливо изогнутыми норд-остом, резкими взмахами подняли свои вершины в синюю пустыню над ними, суровые контуры их округлились, одетые теплой и ласковой мглой южной ночи.
Горы важно задумчивы. С них на пышные зеленоватые гребни волн упали черные тени и одевают их, как бы желая остановить единственное движение, заглушить немолчный плеск воды и вздохи пены — все звуки, которые нарушают тайную тишину, разлитую вокруг вместе с голубым серебром сияния луны, еще скрытой за горными вершинами.
— А-ала-ах-а-акбар. — тихо вздыхает Надыр-Рагим-оглы, старый крымский чабан, высокий, седой, сожженный южным солнцем, сухой и мудрый старик.
Мы с ним лежим на песке у громадного камня, оторвавшегося от родной горы, одетого тенью, поросшего мхом, — у камня печального, хмурого. На тот бок его, который обращен к морю, волны набросали тины, водорослей, и обвешанный ими камень кажется привязанным к узкой песчаной полоске, отделяющей море от гор. Пламя нашего костра освещает его со стороны, обращенной к горе, оно вздрагивает, и по старому камню, изрезанному частой сетью глубоких трещин, бегают тени.
Мы с Рагимом варим уху из только что наловленной рыбы и оба находимся в том настроении, когда все кажется прозрачным, одухотворенным, позволяющим проникать в себя, когда на сердце так чисто, легко и нет иных желаний, кроме желания думать.
А море ластится к берегу, и волны звучат так ласково, точно просят пустить их погреться к костру. Иногда в общей гармонии плеска слышится более повышенная и шаловливая нота — это одна из волн, посмелее, подползла ближе к нам.
Рагим лежит грудью на песке, головой к морю, и вдумчиво смотрит в мутную даль, опершись локтями и положив голову на ладони. Мохнатая баранья шапка съехала ему на затылок, с моря веет свежестью в его высокий лоб, весь в мелких морщинах. Он философствует, не справляясь, слушаю ли я его, точно он говорит с морем:
— Верный богу человек идет в рай. А который не служит богу и пророку? Может, он — вот в этой пене… И те серебряные пятна на воде, может, он же… кто знает?
Темное, могуче размахнувшееся море светлеет, местами на нем появляются небрежно брошенные блики луны. Она уже выплыла из-за мохнатых вершин гор и теперь задумчиво льет свой свет на море, тихо вздыхающее ей навстречу, на берег и камень, у которого мы лежим.
— Рагим. Расскажи сказку… — прошу я старика.
— Зачем? — спрашивает Рагим, не оборачиваясь ко мне.
— Так! Я люблю твои сказки.
— Я тебе все уж рассказал… Больше не знаю… — Это он хочет, чтобы я попросил его. Я прошу.
— Хочешь, я расскажу тебе песню? — соглашается Рагим.
Я хочу слышать старую песню, и унылым речитативом, стараясь сохранить своеобразную мелодию песни, он рассказывает.

Читать еще:  Сокол численность населения

«Высоко в горы вполз Уж и лег там в сыром ущелье, свернувшись в узел и глядя в море.
Высоко в небе сияло солнце, а горы зноем дышали в небо, и бились волны внизу о камень…
А по ущелью, во тьме и брызгах, поток стремился навстречу морю, гремя камнями…
Весь в белой пене, седой и сильный, он резал гору и падал в море, сердито воя.
Вдруг в то ущелье, где Уж свернулся, пал с неба Сокол с разбитой грудью, в крови на перьях…
С коротким криком он пал на землю и бился грудью в бессильном гневе о твердый камень…
Уж испугался, отполз проворно, но скоро понял, что жизни птицы две-три минуты…
Подполз он ближе к разбитой птице, и прошипел он ей прямо в очи:
— Что, умираешь?
— Да, умираю! — ответил Сокол, вздохнув глубоко. — Я славно пожил. Я знаю счастье. Я храбро бился. Я видел небо… Ты не увидишь его так близко. Эх ты, бедняга!
— Ну что же — небо? — пустое место… Как мне там ползать? Мне здесь прекрасно… тепло и сыро!
Так Уж ответил свободной птице и усмехнулся в душе над нею за эти бредни.
И так подумал: «Летай иль ползай, конец известен: все в землю лягут, все прахом будет…»
Но Сокол смелый вдруг встрепенулся, привстал немного и по ущелью повел очами…
Сквозь серый камень вода сочилась, и было душно в ущелье темном и пахло гнилью.
И крикнул Сокол с тоской и болью, собрав все силы:
— О, если б в небо хоть раз подняться. Врага прижал бы я… к ранам груди и… захлебнулся б моей он кровью. О, счастье битвы.
А Уж подумал: «Должно быть, в небе и в самом деле пожить приятно, коль он так стонет. »
И предожил он свободной птице: «А ты подвинься на край ущелья и вниз бросайся. Быть может, крылья тебя поднимут и поживешь ты еще немного в твоей стихии».
И дрогнул Сокол и, гордо крикнув, пошел к обрыву, скользя когтями по слизи камня.
И подошел он, расправил крылья, вздохнул всей грудью, сверкнул очами и — вниз скатился.
И сам, как камень, скользя по скалам, он быстро падал, ломая крылья, теряя перья…
Волна потока его схватила и, кровь омывши, одела в пену, умчала в море.
А волны моря с печальным ревом о камень бились… И трупа птицы не видно было в морском пространстве…

В ущелье лежа, Уж долго думал о смерти птицы, о страсти к небу.
И вот взглянул он в ту даль, что вечно ласкает очи мечтой о счастье.
— А что он видел, умерший Сокол, в пустыне этой без дна и края? Зачем такие, как он, умерши, смущают душу своей любовью к полетам в небо? Что им там ясно? А я ведь мог бы узнать все это, взлетевши в небо хоть ненадолго.
Сказал и — сделал. В кольцо свернувшись, он прянул в воздух и узкой лентой блеснул на солнце.
Рожденный ползать — летать не может. Забыв об этом, он пал на камни, но не убился, а рассмеялся…
— Так вот в чем прелесть полетов в небо! Она — в паденье. Смешные птицы! Земли не зная, на ней тоскуя, они стремятся высоко в небо и ищут жизни в пустыне знойной. Там только пусто. Там много света, но нет там пищи и нет опоры живому телу. Зачем же гордость? Зачем укоры? Затем, чтоб ею прикрыть безумство своих желаний и скрыть за ними свою негодность для дела жизни? Смешные птицы. Но не обманут теперь уж больше меня их речи! Я сам все знаю! Я — видел небо… Взлетал в него я, его измерил, познал паденье, но не разбился, а только крепче в себя я верю. Пусть те, что землю любить не могут, живут обманом. Я знаю правду. И их призывам я не поверю. Земли творенье — землей живу я.
И он свернулся в клубок на камне, гордясь собою.
Блестело море, все в ярком свете, и грозно волны о берег бились.
В их львином реве гремела песня о гордой птице, дрожали скалы от их ударов, дрожало небо от грозной песни:
«Безумству храбрых поем мы славу!
Безумство храбрых — вот мудрость жизни! О смелый Сокол! В бою с врагами истек ты кровью… Но будет время — и капли крови твоей горячей, как искры, вспыхнут во мраке жизни и много смелых сердец зажгут безумной жаждой свободы, света!
Пускай ты умер. Но в песне смелых и сильных духом всегда ты будешь живым примером, призывом гордым к свободе, к свету!
Безумству храбрых поем мы песню. »

Читать еще:  Птица сокол видео

… Молчит опаловая даль моря, певуче плещут волны на песок, и я молчу, глядя в даль моря. На воде все больше серебряных пятен от лунных лучей… Наш котелок тихо закипает.
Одна из волн игриво вскатывается на берег и, вызывающе шумя, ползет к голове Рагима.
— Куда идешь. Пшла! — машет на нее Рагим рукой, и она покорно скатывается обратно в море.
Мне нимало не смешна и не страшна выходка Рагима, одухотворяющего волны. Все кругом смотрит странно живо, мягко, ласково. Море так внушительно спокойно, и чувствуется, что в свежем дыхании его на горы, еще не остывшие от дневного зноя, скрыто много мощной, сдержанной силы. По темно-синему небу золотым узором звезд написано нечто торжественное, чарующее душу, смущающее ум сладким ожиданием какого-то откровения.
Все дремлет, но дремлет напряженно чутко, и кажется, что вот в следующую секунду все встрепенется и зазвучит в стройной гармонии неизъяснимо сладких звуков. Эти звуки расскажут про тайны мира, разъяснят их уму, а потом погасят его, как призрачный огонек, и увлекут с собой душу высоко в темно-синюю бездну, откуда навстречу ей трепетные узоры звезд тоже зазвучат дивной музыкой откровения…

Анализ поэмы «Песня о Соколе» Горького

При знакомстве с произведением Горького, мы встречаем путешественника, который поет песню про Сокола. Автор рисует прекрасные пейзажи высоко в горах с морем внизу. Бескрайнее небо украшает яркий солнечный диск.

Песня поется от лица крымчанина Чабана. В ней рассказывается о прекрасной птице, которая летает по небу и по воле злой судьбы была ранена в грудь. Она падает в ущелье горы. Там уже спал Уж — антагонист Сокола. Между героями происходит разговор, где и раскрываются характеры обоих персонажей. Особо заметным становится противостояние двух полярных взглядов на жизнь. Горький предлагает нам окунуться в мировоззрения каждого персонажа и поразмышлять.

Уж и Сокол — это попытка автора символически отразить возможность ответа на фундаментальные вопросы человека. Здесь отражен и смысл жизни, и предназначение людей, и мысли о том, что будет после нас. Фольклорные образы украшают эти непростые, а порой даже парадоксальные вопросы. Такая литературная форма помогает легче их воспринимать. Отсылки к простыми и понятным образам, делают его более доступным для всех людей.

В песне мы видим Ужа, который ни к чему не стремится. Он удовлетворен положением вещей и жизнью вцелом. Он подкрепляет свою позицию размышлениями о непостоянстве всего. Более того, он смеется над Соколом, так как на небе ничего нет, а поэтому желание летать — глупость. Он не может осознать все величие полета и открытого пространства. Более того, он даже пытается «взлететь», но у него не получается. Между героями завязывается своеобразный мировоззренческий конфликт.

Уж не может понять, в чем счастье и смысл бытия Сокола. Стихия змеи — земля, что довольно символично. Поэтому Уж горд собой и ни о чем не переживает. Можно сказать, что автор изображает Ужа как типичного обывателя, которые не задумывается о чем-то, что находится дальше его эгоистических интересов. Про Ужа никто не составит песен, как про Сокола, про его храбрость и устремление к небу.

В произведении Горький попытался отразить разные типы людей. Уж олицетворяет людей пассивных, которые ничего не хотят менять и оставляют все как есть. Сокол — символ активных людей, которые борются за свои идеалы и пытаются изменить мир к лучшему. Именно благодаря второму типу людей развивается все человечество. Появляется прекрасная литература, научные открытия, произведения искусства. Они вносят в нашу жизнь гармонию и стремление к идеалам.

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты 220 Вольт
Adblock
detector